6 октября 2014

Стодневка хорошего настроения. 5

5848 просмотров

Люба Смирнова
В рабочие часы обычный сотрудник Google, в остальное время — горячо влюбленная в русский язык и не только русскую литературу путешественница, регулярно «испытывающая» новые страны для проживания и новые языки для общения.
  • vk.com/lmorkovna
  • Недели 5, 6 и 7. Про итоги по достижении экватора и принятие как способ остановиться и оглядеться по сторонам.

    Первая половина стодневки уже позади, и пришло время подводить пусть и предварительные, но итоги.

    1. Работу над «инстинктивными» эмоциями (о которых я писала в самом первом отчете) как начала на первой неделе, так и не прекращаю. Заметила, что замещение проходит все успешней — я действительно стала гораздо меньше раздражаться и злиться на разные мелочи вроде «толкнули в толпе/не уступили дорогу/рассерженно ответили в магазине». Пожалуй, к этим эмоциям я в последующих отчетах уже не буду возвращаться вплоть до финального, потому что работа над ними тут практически техническая и ничего нового я уже не смогу добавить или рассказать.

    Фото: Shawn Chin

    2. Эмоции по отношению к работе — один из основных источников общего фонового дискомфорта. Честно говоря, за целую половину проекта хватило только смелости посмотреть им в лицо да сухо-здраво проанализировать, плюсы-минусы расписать. Какую-то относительную начальную стратегию работы с ними я придумала (в общих чертах описала здесь), но опробовать ее в деле возможности так почти и не представилось — я то в разъездах, то на больничном. На следующей неделе уж начну эксперименты в поле.

    3. Раздумывала-раздумывала, да так и не решила, что же именно брать за критерии анализа успешности своей работы над эмоциями по взаимоотношению с людьми. Да и не только работы, а хотя бы наблюдения-оценки. В этом отчете я условно разбила их на три категории, но и каждая категория в отдельности столь огромна и включает в себя такую уйму эмоций, что про все писать не получится, да и нет смысла. Пожалуй, возобновлю дневник эмоций, но буду обращать внимание именно на эмоции от взаимодействия с окружающими, чтобы понять, с какими надо поработать в первую очередь. И уже какие-то конкретные выберу в качестве примера, чтобы не говорить слишком уж теоретически.

    4. Эмоции по поводу каких-то глобальных, всеобъемлющих вещей, на которые я могу повлиять, но в очень малой степени, я испытываю часто. Гораздо чаще, чем хотелось бы. В последнем отчете я приводила примеры — сержусь из-за межнациональных неурядиц, расстраиваюсь из-за бездомных животных, переживаю из-за туманного непонятного будущего. Список длинный. Но осознание того, что любая эмоция — это энергия, а энергий вместо эмоций может идти на какие-то конкретные действия, меня будто разбудило.

    Нет, конечно же, я не стала абсолютно просветленным человеком пока ;), но сейчас, прежде чем нырнуть в эмоции по поводу чего-то большого и страшного, я задаю себе вопрос — о’кей, мне обидно/зло/грустно и прочее, а есть ли что-то, что я могу сделать — хотя бы на своем маленьком местечковом уровне — чтобы эта ситуация изменилась? Ага, есть. То есть вот этот сгусток внутренней энергии, который во мне сейчас возник, я могу — р-раз! — и направить на это действие? Ага, могу. И нырять вдруг совсем не хочется. (Вру, иногда все-таки по-прежнему хочется, потому что машешь на все рукой, вроде как «Люба, ну надоела ты со своими вопросами». Но «иногда» все равно лучше, чем «часто».)

    5. Но среди этих глобальных, всеобъемлющих вещей есть такие, на которые я никак не могу повлиять. Погода, которая может резко поменяться в те дни, когда у нас планы на прогулки и пикники. Уход самых близких и любимых людей, от которого мы вообще никогда не застрахованы, пусть мы бережем и защищаем их (и — о, Боги! — как бы я хотела это изменить, но ведь нельзя же, как ни старайся).

    Или вот такой пример — путешествия. Знаете, я в последние 2,5 недели немало так полетала-поездила (собственно, потому и перерыв в моих отчетах, за который приношу свои извинения — уехала без компьютера, устроила себе отдых), и поняла, что эмоции во время путешествий — они особенные. Хотя бы потому, что в путешествиях мы зависим от немыслимого количества различных переменных, на которые мы вообще не имеем влияния. Задержка/отмена рейсов, потеря багажа, турбуленция, хамоватые стюардессы, опоздавшие поезда — вы сами сюда допишите все, что хотите. Стоит одной переменной отклониться от идеального, тщательно продуманного нами плана, как все идет наперекосяк, и мы рвем и мечем, или ругаемся, или плачем, или просто нервничаем до тошноты.

    Я это все к чему говорю. Есть вещи, от которых мы зависим и с которыми ничего не можем поделать — некомфортные для нас ситуации во время путешествий яркие тому примеры. И, так как прервать зависимость мы тоже не можем (вы же не развернетесь и не пойдете домой, если ваш рейс задерживают на пять часов, а вы вообще в непонятном аэропорту, правда?), нам остается одно и самое главное — принять. Как там говорят, если не можешь изменить ситуацию, измени свое отношение к ней? Так вот, принятие — это абсолютная и единственная база для изменения отношения (и это ближайший друг осознанности). Если я внутренне и внешне протестую против той ситуации, в которой нахожусь, то я не смогу просто взять и переключиться на что-то другое. Принятие — это согласие с тем, что ситуация — сейчас — такая, какая она есть, нравится мне это или нет. Это отправная точка моих действий — о’кей, багаж не прилетел, рейс задерживают, с бронью что-то напутали, неприятно, ага, но лично я в этой ситуации могу сделать то-то и то-то, а потом, сделав, спокойно лечь спать или почитать книжку под вкусный кофе. Это остановка, перерыв на присесть-подышать-оглядеться по сторонам. Чтобы понять, где ты вообще и куда тебе надо дальше.

    Принятие — это очень смело. А еще очень, очень, очень тяжело. Потому что мы знаем: неприятности происходят, но с нами они происходить не должны. В нашем собственном мире неполадки не допускаются. Да, пусть у других отламывают колесики у чемоданов, пусть на их белые рубашки выливают апельсиновый сок стюардессы. Но у нас все должно быть хорошо. Просто обязано. А если вдруг что-то идет не так, мы считаем себя жертвами мировой несправедливости? Почему я? Ну, серьезно, почему я?! И вот это «почемуяшное» состояние мешает нам адекватно оценить ситуацию, принять ее и поберечь свои собственные нервы и нервы окружающих. При этом принятие — это не отказ от негативных эмоций, не их отрицание. Напротив, это их осознание и осмысление. Да, мне страшно, больно, обидно, зло. И сейчас мне очень хочется поплакать. Или поругаться. Но теперь, так как я знаю, что эти эмоции во мне есть, и я не просто в них исступленно барахтаюсь, я принимаю их и разрешаю им быть. Какое-то время, пока я продумываю дальнейшие шаги.

    Про принятие почти невозможно сказать все двумя абзацами. Это непрерывная, усердная практика, точно такая же, как практика осознанности, в любой ситуации, какой бы невыносимой она ни была (а я ведь понимаю, что пример с путешествиями — базовый, бывают перемены гораздо страшнее). Без принятия любое изменение своего отношения к ситуации, пусть даже и внешне осмысленное, превращается в бег на месте — бежишь-бежишь, выкладываешься, а ничего не меняется. Я для себя поняла, что бежать мне хочется вперед. Но бежать еще очень, очень, очень долго...

    Саморазвитие#Осознанность#стодневка#Хорошее настроение#Эмоции