23 декабря 2015
Расскажи себя. Интервью с продолжением
6916 просмотров
-
- Елена Трускова
- Коллеги говорят, что я — гармонизатор. Друзья утверждают, что я сочиняю истории про дождевого червя Ивана и написала книжку про вдохновение. А я просто называю себя Леночкой. Мы же больше, чем сумма наших частей, верно?
authenticityfirst.ruvk.com/elena.truskova Привет зрителям и участникам проекта «Расскажи себя»! Кларисса Пинкола Эстес говорит: «Задать нужный вопрос — вот главное преображающее действие в волшебной сказке, в анализе и в развитии личности. Ключевой вопрос вызывает рост сознания. Правильно поставленный вопрос всегда вытекает из законного любопытства по поводу того, что от нас скрыто. Вопросы — те же ключи, которые заставляют открыться потаенные двери души».
Сегодня я делюсь отрывками своего большого интервью. В нем я говорю о тексте, работе с ним, писательской дисциплине, личном опыте и внимательном отношении к любимому делу. Возможно, мои выводы подбодрят вас или зададут направление вашим размышлениям. Расскажите в комментариях, пожалуйста, какие еще вопросы у вас возникают, чтобы я могла предложить свой вариант ответа и на них :)
— Как ты считаешь, что важнее для текстов — усидчивость и труд или все же вдохновение?
— Я совершенно уверена, что любое творческое занятие — это в первую очередь процесс.
А в любом процессе очень важна настойчивость. Будет она в форме усидчивости (как рассказывает Элизабет Гилберт в книге Big Magic) или в форме набегов-наскоков (как удобно нам, сканерам, иррационалам и хаотикам) — не так важно.
Прислушайтесь к вашему нутру. Как вам удобнее? Что вас мотивирует: вдохновение или дисциплина? Что помогает писать искренне, легко, хорошо? Мне, например — право не делать всё в один присест. В первый забег я набрасываю идею кратко, во второй — готовлю черновик, в третий — правлю, потом текст может недельку лежать-отстаиваться, а затем внесу финальные правки и опубликую. Многим эта схема покажется чужой. У каждого она чуть другая.
— Дано ли писать каждому или все же это дар от природы?
— Рэй Брэдбери говорит: «Нам всем нужно, чтобы кто-то, кто старше, мудрее и выше нас, сказал, что мы все-таки не безумцы и то, что мы делаем, это нормально. Нормально, черт побери, замечательно!»
Я скажу так: для некоторых записывать — потребность. Для других это возможный инструмент, и они его используют наравне с другими (выговориться, например). Я нахожу себя среди тех, кто не может не писать. О сложных вещах я думаю путем выписывания своих мыслей на бумагу или на экран — и перечитывания. Это помогает двигаться дальше.
Текст для меня — родной, понятный и удобный инструмент переживания, передачи эмоций и мыслей, обобщения и раздумий. Думаю, что многие становятся писателями, потому что чувствуют нужду работать с текстом, формировать его, обдумывать фразы, подбирать слова. «Становятся писателями» — здесь я имею в виду право писать (см. также одноименную книгу Джулии Кэмерон), а не всемирную известность или наличие опубликованных работ. В каком-то смысле всякий, кто пишет, писатель. Хороший или нет — это другой вопрос (и отчасти субъективный).
Выписывать мысли понятно и интересно может научиться каждый. Правда, тренировка языка, слога и чувства стиля наверняка займет значительное количество времени. Не каждый готов потратить на такую задачу годы. А истории есть в каждом человеке. И читатели для них обязательно найдутся.
— Как ты сама начала писать? Пыталась ли что-то сочинять в детстве? Или просто внезапно начала?
— Я пишу ужасно давно. Сначала, разумеется, получалось паршиво. В школе я пробовала разные жанры: заметки в стенгазету, бумажные письма, нескладные стихи, личный дневник, подражание любимым книгам.
В 10 лет начала вести бумажный дневник (и делаю это по сей день). За это время скопилось множество тетрадок и книжечек. Часто я пишу много, по несколько подходов в день. Записанные мысли распрямляются, записанные печали уходят, записанные радости становятся как будто более настоящими.
В старших классах появился доступ в интернет — завела ежедневный настроенческий блог на “хомяке” (так тогда назывались личные сайты, homepage). Позже расцвели дневниковые ресурсы: завела и лет семь ежедневно обновляла онлайн-дневник. Параллельно в любую свободную минутку сочиняла, редактировала, переписывала рассказы. Писала от руки, печатала на печатной машинке. Перешла на электронный формат: править куда проще. Текст получался всё лучше, однако часто выходило не совсем то, чего я хотела добиться.
С 2013-го пишу для блога «Лето в голове», сочиняю истории, перевожу статьи и субтитры к видео, помогаю другим сочинителям находить свой письменный голос в мастерских текста. В общем, пишу примерно всю жизнь. Это естественное мое состояние. Я впадаю в особенное, измененное, ласковое настроение, когда занята текстом. Как будто парю в невесомости.
— Я хочу писать интересные статьи для личного блога о детях, путешествиях, саморазвитии. Как избавиться от «умничания» и просто искренне взять и написать о чем-то? То и дело сбиваюсь на наставления от закадрового «умника».
Мне кажется, что я вас очень хорошо понимаю. Как-то я задумала написать чудесную книжку о легкости и трудности, об унынии и вдохновении. Два года мне потребовалось на борьбу с собой. Первое время всё, что у меня выходило, было пропитано менторским тоном: поживите с моё! А пока слушайте, я сейчас всё вам объясню. Только, чур, слушайте внимательно. И не отвлекайтесь.
Я перечитывала черновики и думала: да что ж такое! Какая-то шляпа. Скучно, пресно и бестолково. А главное, в этих текстах нет меня! Я получаюсь какой-то эксперт, хотя эту экспертность и нельзя подтвердить: нет у меня сертификата по унынию и диплома по вдохновению. Делюсь тем, что знаю, рассказываю о том, что пережила. Почему ж так скучно выходит?
Со временем я уяснила, как переписать черновики, чтобы читателю было интересно. Хотя говорилось в них по-прежнему о легкости и трудности, теперь они стали живыми.
Сработали три подхода:
1. Мне пришлось выйти из положения эксперта, старшего товарища. Я поставила себя на одну ступеньку с читателем. Даже более того — я раскрыла свои переживания и неудачи, рассказала о стыдном и неприятном. Я очень люблю книги Брене Браун о силе уязвимости и мужестве… и тут я последовала ее примеру.
2. Я стала рассказывать истории вместо выдачи советов. Как модератор ЖЖ-сообщества «сторителлинг_ру», я просто обязана была разобраться в том, какие истории будут работать, а какие — нет. В итоге каждая из глав у меня начиналась с личной, важной, цепляющей, шершавой, откровенной истории. Аннет Симмонс очень хорошо объяснила в своей книге принципы работы сторителлинга.
3. Я выжидала, пока не почувствовала, что, наконец, нащупала нужный тон. Всё, что я писала до этого момента, можно было выкинуть. Не уверена, что это было сделано зря — может, без постоянных попыток переписать черновик мне было бы трудно перейти на следующий уровень понимания качества своей работы — но однозначно книга по-настоящему созрела только через полтора года. Мне тяжело это признавать, потому что я ненавижу ждать. Но я выяснила, что от терпения бывает большая польза. За эти полтора года я многое прожила, прочитала и написала — что наверняка принесло пользу и этой книге. Она созрела.
— Еще в школе мои сочинения были похожи на научные работы. Громоздкие предложения с оборотами. Какие-то заумные слова. А хочется легкости, простоты.
— Если честно, как писать легко, я не знаю. Я знаю, как писать хорошо. Прежде чем сформулируешь то, о чем хочешь рассказать, пройдет много пошаговых итераций, этапов редактирований и попыток. Обычно, если читателю легко, вложил силы писатель. И наоборот, если писателю было легко, теперь трудится читатель, разбирая написанное.
Достоевский писал:
«Поверь, что везде нужен труд, и огромный. Поверь, что легкое, изящное стихотворение Пушкина, в несколько строчек, потому и кажется написанным сразу, что оно слишком долго клеилось и перемарывалось у Пушкина. Это факты. Гоголь восемь лет писал «Мертвые души». Все, что написано сразу, — все было незрелое. У Шекспира, говорят, не было помарок в рукописях. Оттого-то у него так много чудовищностей и безвкусия, а работал бы — так было бы лучше. Ты явно смешиваешь вдохновение, то есть первое, мгновенное создание картины или движения в душе (что всегда так и делается), с работой. Я, например, сцену тотчас же и записываю, так, как она явилась впервые, и рад ей; но потом целые месяцы, год обрабатываю ее, вдохновляюсь ею по нескольку раз, а не один (потому что люблю эту сцену) и несколько раз прибавлю к ней или убавлю что-нибудь, как уже и было у меня, и поверь, что выходило гораздо лучше. Было бы вдохновение. Без вдохновения, конечно, ничего не будет».
Саморазвитие #Писательство