20 февраля 2016

Некролог. Личный опыт принятия смерти

10634 просмотра

Александр Семаков
Исповедую здравый смысл, исследую суть явлений, учусь применять знания в жизни. Технический директор в маркетинговом агентстве Media108, практик НПЛ, счастливый муж и отец.
  • pull-guy.livejournal.com
  • vk.com/ansemakov
  • Все мы однажды умрём. Это должен знать и помнить каждый. Страх смерти — одна из самых мощных мотиваций вообще что-либо делать в жизни. С разными целями его успешно используют политики и маркетологи, все религии и секты, святые и мерзавцы, но я хочу рассказать о другом. Страх потери близких — второй базовый страх человека. Я верю, что однажды прочтение этого текста поможет вашему близкому человеку по ту сторону жизни. Верю, что поможет и вам принять его безвозвратный уход.

    Barbara Sobczyńska, художница из Кракова

    С техникой фрирайтинга я познакомился в рамках моей первой стодневки, которую я проходил в проекте Армена Петросяна "Стодневка — экспедиция к новому Я". У меня не было времени изучать, что такое стодневка и фрирайтинг в частности, поэтому, едва лишь прочитав программу, я впрыгнул в этот поезд управления временем.

    Уже оказавшись в вагоне, я стал разбираться, куда мы едем и какие будут остановки: постановка ключевых целей, целей на день, фрирайтинг... Точно следовать плану дня у меня не получалось, но фрирайтинг я сразу же стал использовать для понимания сложных, не решаемых рабочих задач. Прежде всего эти задачи казались неразрешимыми из-за моего отношения к ним. Конфликтные ситуации и разграничение ответственности вызывали негативные эмоции, эмоции раскручивали депрессивные мысли, проекты замирали в ожидании, срывая дедлайн за дедлайном. В свободной форме я описал несколько из них, осознав первопричину своего нежелания даже ворошить их трехметровой палкой, и начал сразу с причины — нужного разговора, встречи, письма, установки границ своих полномочий. Дела немедленно сдвинулись с мертвой точки.

    Мой отец вспоминает, что я начал подвергать сомнению однозначность окружающего мира в возрасте четырёх-пяти лет. Папа много времени проводил в командировках на космодроме Байконур, занимаясь подготовкой к запускам ракет, а затем рассказывал мне о своей работе. Я увлечённо слушал его истории про спутники и космические путешествия. Задавая ему вопросы "а что дальше, где находится космос?" я дошёл до пределов традиционных представлений науки о Вселенной. То есть, однозначного ответа не получил. Тогда же я предположил, что мы одним и тем же словом называем разные по своей сути предметы. Так, например, я всерьез пытался выяснить, какого же на самом деле зелёный цвет. Тернистыми тропами к тридцати годам я нашёл книгу "Тибетская йога Сна и Сновидений", а затем её автора, Тендзина Вангьяла Ринпоче, который смог насытить мой интерес и ответить на все возникающие вопросы. Вернее сказать, я научился отвечать сам на любые свои вопросы. Так я нашёл своего учителя и стал приверженцем буддийских представлений о мироздании, концепции колеса перерождений, существования других миров и жизни после смерти.

    С первых дней, как мы взяли щенка таксы Лилу, я наблюдал, сколько счастья отдаёт нам эта маленькая собачка, как сильно моя жена Арина к ней привязывается. И с самого начала напоминал себе и Арине, что однажды и Лила умрёт. И так я размышлял о непостоянстве, выгуливая её накануне операции по стерилизации, на которую мы спустя пять лет, наконец, решились. Через шесть дней Лила ушла навсегда.

    Возможно, я смог бы принять её смерть, если бы она была старой. Если бы долго болела. Возможно, даже несчастный случай был меньшим горем, чем осознавание того факта, что я своими руками отнёс её, здоровую, в расцвете сил, под нож, и вот теперь её нет. Совсем. Зацепившись за чувство вины, раскручивались самые тягостные мысли и эмоции...

    У нас с женой много друзей, у нас часто бывают гости, мы часто бываем в гостях, много путешествуем, и почти всегда нас пять лет сопровождала такса. Мы знали, что многие наши друзья воспринимали нашу семью только с собакой, и Арина, ища поддержку у друзей, поделилась этой печальной новостью в социальных сетях, сославшись в своём коротком сообщении на меня, как на автора будущего некролога. Так по случайности мне выпала судьба — написать прощальный текст о лучшем друге.

    На второй день я сел писать текст, и меня ошеломило понимание — сколько всего произошло за пять лет! Как много счастья мы вместе пережили, вспомнил какой она была хорошей и покладистой собакой. Мне хотелось через текст продлить память о ней, написать о каждой мелочи, даже о пустяках вроде собачьих волос в тарелке, вызывавших некогда у меня столько эмоций! Я разбирал фотографии на компьютере, и воспоминания связывались в строки. Я смотрел на них как человек, который читает мои ещё не написанные мемуары, а не проживает их. В этот день я понял, что одним постом не обойтись и решил писать 40 дней подряд — считается, что столько проводит сознание умершего в Бардо. Я написал первый пост и в блокноте составил примерный план на каждый день.

    На следующее утро, едва я проснулся, в голове уже крутилась тема нового сообщения. Так воспоминания о собаке перешли из эмоциональной части моего сознания в какую-то рациональную часть. Это не значит, что я не чувствовал и не переживал утрату, но я словно "нырял" в них, с тем чтобы достать жемчуг воспоминаний и осмысленно описать, как много она для меня значила, чему за свою жизнь научила.

    В первую ночь после смерти, когда Лила, свернувшись калачиком, лежала в коробке на балконе, нам с Ариной казалось, что она по-прежнему спит у нас в ногах, и мы оба не сомкнули глаз. Теперь, когда я писал о ней, она как живая ощущалась в пространстве, и у меня был выбор — предаться эмоциям и тосковать по ней, либо, сохраняя самообладание, продолжать писать её рассказ. Удерживая в голове цель своих воспоминаний, я каждый раз выбирал осознанное письмо.

    Однажды умру и я. У меня будет возможность проверить — слышат ли умершие мысли и состояния оставшихся жить. Сейчас я принимаю это утверждение на веру. Эта уверенность помогла мне переживать утрату. Я верю, что моё состояние помогало и ей не растеряться в мире без форм, как когда-то помогало преодолеть её фобии грозы, тёмных улиц или больших собак…

    Теперь я столкнулся с ещё одним врагом: на написание рассказов мне катастрофически не хватало времени. Нас с Ариной рано поднимал одиннадцатимесячный сын, который с самого утра требовал внимания. Обычно по утрам я развлекал его, пока Арина готовит завтрак или ужин, вечером купал и по очереди мы укладывали его спать. После отбоя в первые несколько дней я садился писать, и заканчивал поздно ночью. К третьему дню я вырубился вместе с сыном, около полуночи Арина осторожно пришла спать. Я проснулся, потряс головой и пошёл писать свой текст. Это было моё обязательство перед другом. К четырём утра я закончил и лёг, а Арина разбудила меня перед самым выходом на работу к завтраку, каким-то чудом справляясь одна с малышом, который вовсю учился ходить по квартире. Обычно текст, подбор фотографий, их редактирование и публикация занимали у меня три-четыре часа, но иногда я засиживался и до шести утра, перейдя на двухразовый сон. Иногда мне удавалось поспать полчаса на работе, свернувшись калачиком на пуфиках под столом. Несмотря на это я потерял семь килограммов, осунулся и приобрел тот самый зеленый цвет. Его с успехом скрывала борода и волосы, которые я решил 40 дней не стричь.

    Большим подспорьем в планировании и последующем написании текстов оказались фотографии, которых в избытке было на телефонах, специальной папке зеркалки Canon и социальных сетях друзей. Фотографировать — наше семейное хобби. Оставалось только упорядочить файлы по дате съемки, выбрать лучшие и обработать. К этому времени наброски воспоминаний уже крутились в моей голове, мне оставалось только их напечатать.

    С первых же публикаций я начал получать тёплые и искренние комментарии от друзей. Я читал их, и мне казалось, что другие, порой совсем незнакомые мне люди, переживают те самые эмоции, о которых я хотел рассказать. У многих из них были собаки или другие домашние животные, кто-то переживал утрату и делился своими чувствами. Мне казалось, что Лила продолжает жить в этих строках, в их сердцах, что все вместе мы помним и помогаем ей там, в Бардо.

    Самым сложным оказался последний текст. Я готовился к нему все сорок дней, выписывал мысли, пробовал прожить то, что должен чувствовать мой читатель... Так сложилось, что мы с семьёй в момент последнего поста оказались на Шри-Ланке. После напряжённого трудового сезона, конца года, бессонных ночей, мне, наконец, удалось выспаться. В поисках вдохновения я перечитал последние главы одной из моей любимых книг "Доктор Живаго". Последние события я описывал максимально сухо и бесцеремонно, за сорок дней набив руку. Теперь я повторно, в мельчайших деталях, переживал события и все обстоятельства её смерти, рассматривал героев повествования со стороны. И в этом был, возможно, последний урок, подаренный мне моим другом.

    Уверен, что для осознавания своих эмоций можно писать для узкого круга людей: для друзей, для своих детей и внуков, или даже для самого себя — из будущего. Когда в психотехниках просят посмотреть на ситуацию из третьей позиции, я вспоминаю тройку с минусом по русскому языку, но понять, что это на самом деле значит, мне помогает осмысленное переживание своих эмоций при помощи свободного описания ситуации, предпосылок к её возникновению, связанной с ней моих ощущений.

    Я знаю, что сороковой рассказ — это не конец моей истории. Я знаю, что Лила живёт во мне и моей супруге. Благодаря её активному участию в примирении нас после угрожающей разводом ссоры появился наш сын Николай, которого за 11 месяцев она научила любить, уважать и общаться с животными.

    Я хочу верить, что теперь она стала частью и вашей жизни, и однажды она поможет вам пережить смерть близкого.

    Да будет благо.

    Саморазвитие#стодневка#Фрирайтинг

    Интересные комментарии

      Александра
      3 года

      Дарья так много раз назвала смерть горем, зачем такая установка? Для некоторых это освобождение и радость.

      Дарья Кутузова
      3 года

      Александра, если обобщать личный и профессиональный опыт, для большинства остающихся жить смерть близкого - это горе. Бывают, конечно, случаи, когда от смерти близкого остающиеся в живых испытывают освобождение и радость, но это, как правило, ситуации, когда в жизни было много мучения. Я это так понимаю. А что имели в виду Вы?

      Александра
      3 года

      Я имела ввиду что люди называют это горем в основном потому, что их так научили жить. И даже автор в своей статье не говорил о горе, а говорил о радости. О радости дружбы с таким замечательным созданием собакой. Большинство - это люди, живущие неосознанно и заштампованно. И мне так нравится, что в журнали ЖИ таких как раз меньшинство. Здесь я не встречаю обычно таких клише.

      Серафима
      3 года

      Александра, сдается мне, вы выдаете желаемое за действительное. Радость от дружбы не отменяет горя от потери, тем более такой неожиданной и трагической:

      "Возможно, я смог бы принять её смерть, если бы она была старой. Если бы долго болела. Возможно, даже несчастный случай был меньшим горем, чем осознавание того факта, что я своими руками отнёс её, здоровую, в расцвете сил, под нож, и вот теперь её нет. Совсем. Зацепившись за чувство вины, раскручивались самые тягостные мысли и эмоции..."

      Татьяна
      3 года

      Хорошая книга Владимира Леви: http://www.ozon.ru/context/detail/id/26313492/

      Татьяна
      3 года

      Почему-то ссылка не активная получилась. Редактировать как - не вижу. Книжка называется "Memento. Книга перехода", заканчиваю читать.

      Елена
      3 года

      Это чудесная история, я почитала и рассказы в ЖЖ и тут. Выплакала годовой запас слёз. Вспомнила свою умершую собаку и то, как недавно хоронила приятеля.

      Александр, спасибо за текст, за Лилу и за новый взгляд на буддизм и смерть. За новые мысли и вопросы.

      Александр Семаков
      3 года

      Елена, спасибо за Ваше внимание!

      Юлиана
      3 года

      Александр, большое спасибо за Ваши слова, за то, что так глубоко выразили свои переживания!

      Александр Семаков
      3 года

      Юлиана, и Вам - спасибо!

      Оксана
      3 года

      В фильме "Отель Мэриголд" есть эпизод: экскурсовод рассказывает о слоне, который тосковал после смерти своей хозяйки и на третий день умер у её могилы. в память об этом событии построили арку: потому " каждому хочется чтобы его так любили. и необязательно чтобы слоны".

      вы очень любили собаку, это чувствуется в каждой строчке и в каждом кадре. я уверена, что она это тоже чувствовала.

      Александр Семаков
      3 года

      Оксана, спасибо за теплые слова. Когда писал тексты о Лиле много вспоминал таких историй - когда животные помнят умерших хозяев. И спрашивал себя, чем люди отличаются от животных? Что я могу сделать БОЛЬШЕ?

      Михаил
      3 года

      Очень жаль псину.

      Можно сконцентрироваться на том, как сделать этот мир лучше, раз уж все мы тут на некоторое время задерживаемся.

      Но у нас этого времени очень мало. Поэтому надо начинать действовать прямо сейчас.

      Натали
      2 года

      Достойным людям нужно создавать достойные почести, например, внесение в Зал славы на http://memorylight.net/ Там же можно и оценить их заслуги и достоинства с помощью большого набора медалей. Можно красиво и ярко выразить свои чувства к этому человеку.